Двеннадцать

Двеннадцать

       Действие происходит в революционном Петрограде зимой 1917/18 г. Петроград, однако, выступает и как конкретный город, и как средоточие Вселенной, место космических катаклизмов.
       Первая из двенадцати глав поэмы описывает холодные, заснеженные улицы Петрограда, терзаемого войнами и революциями. Люди пробираются по скользким ьдорожкам, рассматривая лозунги, кляня большевиков. На стихийных митингах кто-то— «должно быть, писатель — вития» — говорит о проданной России. Среди прохожих —«невеселый товарищ поп», буржуй, барыня в каракуле, запуганные старухи.
      Доносятся обрывочные крики с каких-то соседних собраний. Темнеет, ветер усиливается. Состояние— поэта? кого-то из прохожих? —описывается как «злоба», «грустная злоба», «черная злоба, святая злоба». Вторая глава: по ночному городу идет отряд из двенадцати человек. Холод сопровождается ощущением полной свободы; люди готовы на все, чтобы защитить мир новый от старого— «пальнем-ка пулей в Святую Русь —в кондовую, в избяную, в толстозадую». По дороге бойцы обсуждают своего приятеля—Ваньку, сошедшегося с «богатой» девкой Катькой, ругают его «буржуем»: вместо ьтого чтобы защищать революцию, Ванька проводит время в кабаках. Глава третья—лихая песня, исполняемая, очевидно, отрядом из двенадцати. Песня о том, как после войны, в рваных пальтишках и с австрийскими ружьями, «ребята» служат в Красной гвардии. Последний куплет песни—обещание мирового пожара, в котором сгинут все «буржуи». Благословение на пожар испрашивается, однако, у Бога. Четвертая глава описывает того самого Ваньку: с Катькой на лихаче они несутся по Петрограду. Красивый солдат обнимает свою подругу, что-то говорит ей; та, довольная, весело смеется. Следующая глава— слова Ваньки, обращенные к Катьке. Он напоминает ей ее прошлое —проститутки, перешедшей от офицеров и юнкеров к солдатам. Разгульная жизнь Катьки отразилась на ее красивом теле—шрамами и царапинами от ножевых ударов покинутых любовников. В довольно грубых выражениях («Аль, не вспомнила, холера?») солдат напоминает гулящей барышне об убийстве какого-то офицера, к которому та явно имела отношение. Теперь солдат требует своего—«попляши!», «поблуди!», «спать с собою положи!», «согреши!» Шестая глава: лихач, везущий любовников, сталкивается с отрядом двенадцати. Вооруженные люди нападают на сани, стреляют по сидящим там, грозя Ваньке расправой за присвоение «чужой девочки». Лихач извозчик, однако, вывозит Ваньку из-под выстрелов; Катька с простреленной головой остается лежать на снегу. Отряд из двенадцати человек идет дальше, столь же бодро, как перед стычкой с извозчиком, «революцьонным шагом». Лишь убийца— Петруха — грустит по Катьке, бывшей когда-то его любовницей. Товарищи осуждают его —«не такое нынче время, чтобы нянчиться с тобой». Петруха, действительно повеселевший, готов идти дальше. Настроение в отряде самое боевое: «Запирайте ьетажи, нынче будут грабежи. Отмыкайте погреба— гуляет нынче голытьба!» Восьмая глава —путаные мысли Петрухи, сильно печалящегося о застреленной подруге; он молится за упокоение души ее; тоску свою он собирается разогнать новыми убийствами—«ты лети, буржуй, воробышком! Выпью кровушку за зазнобушку, за чернобровушку…».
     Глава девятая—романс, посвященный гибели старого мира. Вместо городового на перекрестке стоит ьмерзнущий буржуй, за ним— очень хорошо сочетающийся с этой сгорбленной фигурой — паршивый пес. Двенадцать идут дальше —сквозь вьюжную ночь. Петька поминает Господа, удивляясь силе пурги. Товарищи пеняют ему за бессознательность, напоминают, что Петька уже замаран Катькиной кровью,—это значит, что от Бога помощи не будет. Так, «без имени святого», двенадцать человек под красным флагом твердо идут дальше, готовые в любой момент ответить врагу на удар. Их шествие становится вечным—«и вьюга пылит им в очи дни и ночи напролет…». Глава двенадцатая, последняя. За отрядом увязывается шелудивый пес—старый мир. Бойцы грозят ему штыками, пытаясь отогнать от себя. Впереди, во тьме, они видят кого-то; пытаясь разобраться, люди начинают стрелять. Фигура тем не менее не исчезает, она упрямо идет впереди. «Так идут державным шагом— позади — голодный пес, впереди — с кровавым флагом […] Исус Христос».



Новости